А.Б. САВЕЛЬЕВ, "Отдельные вопросы договора простого товарищества" /Сб. материалов межрегиональной научно-практической конференции, посвященной 35-летию Института (филиала) МГЮА в г. Кирове: В 2 ч. Ч.2, 2006
Среди различных проблем, касающихся договора простого товарищества (договора о совместной деятельности), одной из основных является характеристика данного договора, исходя из которой определяется правильное место договора простого товарищества в системе гражданско-правовых договоров.
Согласно статье 1041 Гражданского Кодекса РФ, "по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели".
В литературе традиционно выделяют следующие черты договора простого товарищества (договора о совместной деятельности): многосторонняя сделка; объединение лиц, не имеющее статуса юридического лица; участники совершают действия необходимые для достижения поставленной цели; цель должна быть общей для всех участников договора; участники обязаны внести свой вклад; договор носит фидуциарный характер; договор является консенсуальным; также указывают на возмездный характер данного договора.
В первую очередь среди всех признаков договора простого товарищества необходимо назвать такие основополагающие признаки, как объединение сторонами вкладов, служащих основой для их деятельности, наличие общей цели совместной деятельности у его участников, и возникающую в связи с этим многосторонность договорного обязательства. Также можно отметить и то, что в результате исполнения этого договора возникает объединение лиц, не имеющее статуса юридического лица.
В договоре простого товарищества могут участвовать как два субъекта, так и более. То есть, можно говорить о том, что договор простого товарищества может быть как двусторонним, так и многосторонним. Именно на это, в основном, и указывают многие цивилисты. При этом такое разграничение касается договора как сделки, критерием такого разграничения служит количество сторон, участвующих в сделке или договоре и выражающих свою волю при заключении договора (п. 3 ст. 154 ГК РФ).
Е.М. Щукиной высказано мнение, согласно которому договоры о совместной деятельности не могут однозначно рассматриваться как многосторонние сделки, так как их направленность на совместное объединение усилий, обуславливает наличие у них специфических черт, не присущих иным многосторонним договорам. С таким подходом согласиться нельзя, так как из приведенного высказывания можно сделать вывод, что договор простого товарищества (договор о совместной деятельности) является двусторонним. Однако особенность данного договора состоит в том, что его конструкция изначально (в принципе) позволяет участвовать в нем нескольким лицам, каждый из которых является при этом самостоятельной стороной. То есть, даже если договор первоначально заключен двумя участниками, то при присоединении к этому соглашению нового участника он становится еще одной стороной соглашения, получая в результате самостоятельные права и обязанности товарища. Такая возможность в двусторонних договорах отсутствует, так как новый участник в таком договоре может выступать либо на стороне кредитора, либо на стороне должника, образую множественность лиц, разделяя права и обязанности соответствующей стороны.
Конечно, на практике существуют случаи, когда отношения нескольких лиц оформляются одним документом - договором. Однако такие "многосторонние соглашения" оформляют смешанные договоры, либо совокупность нескольких юридических действий, в том числе сделок. Например, заключается соглашение об уступке права требования, в котором участвуют прежний кредитор, новый кредитор и должник, но подобное соглашение не порождает многостороннего обязательства, так как результат такого соглашения различен для участников, у них нет единого правового интереса. В приводимом примере подписание такого документа еще и должником носит только технический характер (доказательство ознакомления должника с переуступкой или оформление его согласия с уступкой). Часто в результате таких "многосторонних соглашений" возникает несколько двусторонних обязательств.
С учетом этого договор простого товарищества как сделка является многосторонним, исходя их возможности участия в нем более двух самостоятельных сторон.
Возникающее из многостороннего договора обязательство характеризуется тем, что каждый участник договора, вступая в обязательство, находится во взаимоотношениях одновременно со всеми его участниками. Ученые отмечают, что "при осуществлении правомочия тем или иным участником правоотношения ему противостоят в качестве обязанных лиц все остальные участники, а обязанности любого из них корреспондирует правомочие остальных". Как указывал Г.Ф. Шершеневич, многочисленные члены товарищеского договора не разделены на две стороны, активную и пассивную, но все находятся в одинаковом юридическом положении. Каждый участник договора по отношению ко всем прочим участникам имеет права и несет обязанности, являясь одновременно активным и пассивным субъектом.
В связи с вышесказанным, договор простого товарищества можно отнести к многосторонне-взаимным договорам, где участники имеют в виду одну и ту же общую цель, и в результате для каждой стороны наступают одинаковые правовые последствия (другим примером таких договоров является учредительный договор). Эту черту отмечал и И.С. Перетерский, который указывал, что между участниками многосторонней сделки "нет такого антагонизма интересов, как при обычных двусторонних договорах". Применительно к договору товарищества на эту особенность указывал Г.Ф. Шершеневич, писавший, что в отличие от других договоров, в которых интересы контрагентов противоположны, в товариществе эти интересы тождественны.
Таким образом, наличие общей для всех участников договора простого товарищества цели, к которой они стремятся, предопределяет возможность выступления в обязательстве каждого из них самостоятельно, наряду с другими участниками, стороны в таком договоре имеют "одноименные" права и обязанности (внести вклад, совместно действовать, участвовать в ведении дел). При этом одна сторона по договору простого товарищества обязана внести вклад и вправе требовать от других внесения вклада. Такое распределение прав и обязанностей между участниками договора простого товарищества имеется при участии в нем только двух лиц и сохраняется при большем их количестве.
Исходя из сказанного, следует вывод, что упоминание о многосторонности договора простого товарищества может означать не только указание на количество участвующих сторон в таком договоре, но и на особый характер обязательства, возникающих между его участниками.
Указанная особенность конструкции обязательства свойственна не только договору простого товарищества, но и другим обязательствам, где стороны имеют одну общую цель. Данное обстоятельство позволяет выделить отдельную группу обязательств, именовать которую, в последнее время, предлагается как общецелевые обязательства.
Цивилисты расходятся во мнениях при решении вопроса о возмездности договора простого товарищества. Одни из них не считают нужным вообще относить договор простого товарищества к какой-либо из этих групп, утверждая, что "поскольку права и обязанности сторон не носят встречного характера, вопроса о возмездности или безвозмездности не возникает". Такую же позицию в настоящее время занимает В.А. Белов.
Другие ученые считают, что договор этот относится к числу безвозмездных. Так, О.С. Иоффе указывал, что соответствующие денежные и иные затраты воплощаются в создании того материального объекта, который должен затем служить удовлетворению потребностей всех участников. Но они не получают друг от друга встречного удовлетворения, а действуют сообща для достижения общей цели. Поэтому по характеру взаимоотношений между его участниками договор простого товарищества (договор о совместной деятельности) является безвозмездным.
Однако более убедительной представляется позиция, которую занимает большинство ученых, утверждающих, что договор простого товарищества является возмездным. Последовательными сторонниками этой точки зрения являются А.И. Масляев и И.А. Масляев, которые отмечают, что каждый участник договора вносит свой имущественный вклад, получает выгоду от вкладов и деятельности других участников, что можно рассматривать в качестве своеобразного встречного удовлетворения. В дополнение к этому Е.А. Суханов указывает, что упомянутые взносы производятся для общей цели, а соответствующее имущество выделяется каждым из участников, становясь объектом их общей собственности. В этом смысле и можно считать, что исполняется такой договор в пользу других участников, представляя собой известный эквивалент их взносов.
При наличии у товарищей цели в виде занятия предпринимательской деятельностью и извлечения прибыли каждый участник рассчитывает получить при выполнении им своих обязанностей часть этой прибыли, пополнив таким образом свой капитал. То, что эта прибыль получена от совместных действий всех участников, не ставит под сомнение встречность такого предоставления. Ибо, не объединив имущество и усилия с другими участниками, невозможно было бы получить такой результат. В полученном доходе всегда будет часть, являющаяся результатом деятельности других участников, поэтому нет оснований утверждать, что здесь будет предоставление мзды самому себе и безвозмездность отношений, как это указывает О.С. Иоффе.
Но даже если в договоре нет цели извлечения прибыли, то и в этом случае можно рассматривать его в качестве возмездного, так как и при такой деятельности результатом будет являться удовлетворение того интереса, ради которого сторона участвует в договоре.
В любом случае каждый участник вправе требовать от других выполнения их обязанностей по совершению определенных действий имущественного характера, то есть каждый обязан их совершить в пользу других.
Таким образом, договор простого товарищества является возмездным независимо от целей, которые преследуют его участники.
Договор простого товарищества является консенсуальным. Это положение не вызывает споров среди юристов и является общепризнанным. Как вытекает из смысла статьи 1041 ГК РФ, сначала достигается соглашение между участниками по всем существенным условиям в требуемой законом форме, а уже потом выполняются действия по внесению вкладов и прочие.
В особую группу сделок выделяют фидуциарные (от fiducia - доверие) сделки. Содержание взаимоотношений сторон в таких сделках носит особый лично-доверительный характер. Договор простого товарищества относится к такому типу сделок. Характер ведения дел товарищества, отношения по пользованию общим имуществом, основания прекращения договора, особый порядок правопреемства участников договора - все это и позволяет охарактеризовать данный договор как фидуциарную сделку.
Некоторые ученые высказывают мнение, что наиболее значимо разделение видов договоров по содержанию регулируемой ими деятельности. По данному критерию можно выделить два типа договоров: имущественные и организационные.
К числу имущественных относят договоры, направленные на регулирование деятельности лиц по поводу определенного блага. В результате исполнения такого договора стороны приобретают имущество или иное благо.
Организационные договоры создают предпосылки и предусматривают возможности для осуществления какой-либо деятельности в последующем.
По договору простого товарищества участники обязуются соединить свои вклады. В результате объединения, а также от использования этих взносов в деятельности участников образуется имущество товарищей, которое, как правило, является их общей долевой собственностью. Это позволяет отнести договор простого товарищества к разряду имущественных договоров.
Однако образование общей собственности не является самоцелью договора, а служит лишь имущественной предпосылкой для последующей деятельности товарищей. Поэтому существенное в нем - формирование особого объединения лиц для осуществления ими совместной деятельности, что говорит об организационном характере договора. Данный договор относят к одному из основных типов организационных договоров.
Таким образом, договор простого товарищества носит не только имущественный, но и организационный характер, что также является спецификой этого договора в отличие от других типов договоров, которые являются или только имущественными, или только организационными.
Вышеприведенные характеристики договора простого товарищества позволяют определить его место других договоров, исходя, в основном, из понятия договора как сделки. При рассмотрении же обязательства простого товарищества, возникающего из этого договора, его можно отнести к общецелевым обязательствам по совместной деятельности. Причем договор простого товарищества является основным для данной группы обязательств. В то же время этот договор не является единственным соглашением, которое порождает общецелевое обязательство по совместной деятельности, к таковым можно отнести учредительный договор, а также непоименованные в законе соглашения между лицами о достижении ими общей цели, не объединяя имущественные вклады, возникает иногда необходимость согласования действий и у участников общей собственности.
Наличие таких договоров, а также других соглашений, именуемых договорами о совместной деятельности и т. п., предполагает необходимость отграничения договора простого товарищества от сходных (или похожих) правовых явлений, в целях правильного применения законодательства к соответствующим отношениям, а также для совершенствования правового регулирования.
Как известно, на практике нередко участники гражданских отношений, желая воспользоваться особенностями налогообложения при совместной деятельности, заключают договоры, которые называют договором о совместной деятельности, о сотрудничестве и другие, иногда имея в виду именно договор простого товарищества, иногда преследуя цель создать видимость такого договора. Однако, анализируя содержание этих договоров, конкретные взаимоотношения сторон, становится понятно, что на самом деле это иные договоры, применять к которым необходимо не нормы закона о простом товариществе, а другие.
Судам часто приходится сталкиваться с указанной проблемой, примерами этого могут послужить следующие дела.
Так, к выводу об отсутствии между сторонами отношений по договору простого товарищества пришел Президиум ВАС РФ в своем Постановлении по конкретному делу. Президиум указал, что по условиям заключенных истцом договоров предприятия и частные лица обязались произвести денежные взносы на строительство (расширение) объектов телефонной связи за право внеочередной установки телефонов. Построенные (реконструированные) сооружения являются собственностью ГТС, а всю прибыль, полученную от последующей эксплуатации имущества, использует истец по своему усмотрению. Таким образом, отсутствуют обязательные признаки, присущие договору о совместной деятельности, в том числе объединение имущества обоих участников, их возможность пользоваться этим имуществом и другие. Никакой совместной деятельности в плане взаимодействия субъектов для решения общей хозяйственной задачи из содержания договоров не усматривается. Фактически сделки совершены с целью привлечения денежных средств предприятий и населения для финансирования деятельности истца.
В другом случае, направляя дело на новое рассмотрение, Президиум ВАС РФ указал на необходимость выяснения природы договора, названного сторонами договором о совместной деятельности, проверки соответствия его условий требованиям закона о договоре данного вида, предложено дать оценку фактическим взаимоотношениям сторон.
Поводом для этого послужило то, что из договора о совместной деятельности от 11.03.1993 №12сд, заключенного сторонами, следовало, что истец - участник договора №1 вносит в общее имущество финансовые средства для выкупа промышленной продукции обменного фонда и реализации договоров на поставку продовольствия. В тоже время договор предусматривал то, что ответчик - участник №2 обязан своевременно и полностью осуществить возврат финансовых средств истцу - участнику №1 за оплаченную продукцию обменного фонда и его доли дохода от реализации совместных контрактов в согласованные в протоколах сроки.
При таком условии договора у суда возник вопрос об имущественном взносе участника №1, исходя из того, что согласно ст. 122, 124 Основ гражданского законодательства, действовавших в момент заключения договора, стороны должны объединить имущество и усилия для достижения общей цели, и эти имущественные взносы являются их общей долевой собственностью. По существу из договора следовало то, что участник №1 предоставляет участнику №2 финансовые средства для реализации договоров на поставку продовольствия, а участник №2 поставляет в Москву продовольствие и своевременно возвращает финансовые средства участнику №1. Таким образом, у суда возникли сомнения, являются ли взаимоотношения сторон договором о совместной деятельности.
В другом деле суд кассационной инстанции, направляя дело на новое рассмотрение, указал, что суд первой инстанции не исследовал и не оценил характер договора с учетом фактических взаимоотношений сторон по договору, а при принятии решения следует исходить из фактических отношений сторон по договору, а не из его названия. Суд же не исследовал, отношения по совместной деятельности или арендные сложились между сторонами договора, не был выяснен вопрос о фактическом создании простого товарищества и осуществления им деятельности, исходя из требования закона об обязанности внести свой вклад в общее дело каждым из участников.
Из приведенных примеров видно, что суды вынуждены отграничивать договоры о совместной деятельности (простого товарищества) от обычных двусторонних договоров, выявляя, в первую очередь, наличие у участников общей цели, и анализируя характер и направленность действий участников отношений.
Как представляется, само по себе наименование договора как договора о совместном строительстве, о долевом строительстве и т.п. не является бесспорным доказательством того, что данный договор является договором простого товарищества. Для разрешения этого вопроса важно выявить в конкретном рассматриваемом правоотношении указанные выше принципиальные признаки договора простого товарищества, в первую очередь, наличие общего интереса (цели) и однонаправленный характер возникающих по договору прав и обязанностей у участников, среди фактических обстоятельств важно выявить наличие объединения определенных имущественных взносов у сторон, их действия по исполнению такого соглашению. Только одновременное наличие главных признаков договора простого товарищества в рассматриваемом правоотношении позволяет отнести этот договор к простому товариществу.
Помимо прикрытия договором простого товарищества иных договоров, существует и иная тенденция, когда договор о совместной деятельности (простого товарищества) необоснованно не признается таковым в силу того, что стороны предусматривают в рамках этого договора осуществление какой либо деятельности, которая внешне походит на деятельность в рамках других договоров. Например, договор о совместном строительстве внешне схож с договором подряда, договор о совместной торговой деятельности на договор купли-продажи. В таком случае необходимо исходить из того, что договор простого товарищества создает организационные предпосылки для осуществления какой-либо общей деятельности товарищей и заключения ими иных договоров во исполнение этого договора, также участники имеют единые согласованные цели деятельности.
Опубликовано: 02.05.2012 22:44 Обновлено: 30.05.2023 13:54