К вопросу о понятии вины юридических лиц в административном правонарушении

Чапурных Я.Н., помощник судьи Арбитражного суда Кировской области, аспирантка ВГГУ

Едомина С.А., помощник судьи Арбитражного суда Кировской области

С 1 июля 2002 года вступил в силу новый Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях. Необходимость создания нового кодифицированного закона назрела давно, поскольку многие нормы КоАП РСФСР 1984 года устарели, а часть норм оказалась в противоречии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях позволил сделать огромный шаг вперед в развитии правосудия по административным делам.

Впервые в истории отечественного законодательства в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях зафиксирована административная ответственность юридических лиц.

Такой подход представляет собой существенный шаг в развитии кодификации административного законодательства. Данное нововведение объясняется необходимостью отреагировать на складывающуюся законодательную практику признания юридических лиц субъектами административной ответственности. Указанная практика имела тенденцию к расширению поскольку развитие рыночных отношений объективно приводило к расширению сферы контроля органами государственной власти предпринимательской деятельности. Административная ответственность юридических лиц до принятия нового Кодекса устанавливалась отдельными законодательными актами, в том числе законами Российской Федерации «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», «О несостоятельности (банкротстве)». «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации» и др.

Между тем применение этих законов на практике было затруднено, так как механизм их реализации либо вообще отсутствовал, либо был недостаточно четко регламентирован. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.05.1998 N2 14-П. которым руководствовались суды при рассмотрении дел, вытекающих из административных правоотношений, в силу природы судебного акта не могло в полной мере подменить собой законодательный акт, устанавливающий процедуру привлечения к административной ответственности, процессуальные права и обязанности сторон, а также гарантии процессуальной защиты нарушенных прав. В этой связи кодификация норм об административной ответственности юридических лиц стала необходимым и достаточным выходом из cложившейся ситуации. Одновременно Кодекс разрешил еще одну проблему, введя понятие вины юридического лица.

Часть 2 ст. 2.1 КоАП даёт определение вины юридического лица. Юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за совершение которых предусмотрена административная ответственность, но данное лицо не предприняло все зависящие от него меры по их соблюдению.

Из этой формулировки следует, что законодатель выделил два критерия (или условия), позволяющих признать вину юридического лица: 1) наличие у него возможности выполнить предписания соответствующих правил и норм и 2) непринятие всех зависящих от него мер по соблюдению этих правил и норм. Только совокупность этих условий может свидетельствовать о виновности юридического лица. Нетрудно заметить, что законодатель, давая указанное определение, опирается на гражданско-правовую конструкцию вины: согласно абз. 2 ч. 1 ст. 401 ГК РФ лицо признаётся невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В связи с новизной института вины юридического лица применительно к административной ответственности определённую трудность может представлять выяснение вопроса, были ли приняты все зависящие от юридического лиц меры по соблюдению соответствующих правил и норм.

При исследовании вины правонарушения юридического лица в каждом случае необходимо выяснять, не совершало ли оно какого-либо действия (бездействия), которое, во-первых, воспрепятствовало соблюдению им установленных правил и норм и, во-вторых, помешало принять все возможные меры к тому, чтобы не нарушить требований закона. В случае совершения юридическим лицом действий, лишающих его возможности должным образом исполнить требования закона, его вина очевидна (например, в случае сокрытия достоверной информации о состоянии окружающей природной среды вследствие некачественной работы измерительного оборудования, которое не было своевременно отремонтировано или заменено). При этом, хотя законодатель не вводит какой-либо четкой дифференциации ответственности в зависимости от форм вины, вопрос, действовало (бездействовало) ли лицо умышленно или по неосторожности, играет роль при выборе размера назначенного наказания (ч. 2 ст. 4.1 КоАП).

В случае если лицо, привлекаемое к административной ответственности, ссылается на действие обстоятельств непреодолимой силы, приводя необходимые доказательства, требуется выяснение вопроса о том, была ли возможность, несмотря на объективно сложную для данного лица ситуацию, предотвратить нарушение закона, и если такая возможность имелась, то были ли предприняты с его стороны все необходимые для этого меры. Вина лица в данном случае не исключена и может состоять в недостаточной внимательности к своим обязанностям либо в недостаточной заботе об их выполнении.

Рассматривая вопрос о вине юридического лица применительно к таможенным правонарушениям, Конституционный Суд РФ признал не противоречащей Конституции РФ возможность предприятий, организаций, учреждений, привлекаемых к ответственности за совершение таможенных правонарушений (гл. 16 КоАП), должным образом подтверждать, что нарушение таможенных правил вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне их контроля, при соблюдении ими той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от них в целях надлежащего исполнения таможенных обязанностей (постановление от 27 апреля 2001 г. по делу о проверке конституционности ряда положений Таможенного кодекса РФ).

Таким образом, из решения Конституционного Суда РФ следует, что юридическое лицо не подлежит ответственности, если будет доказано, что соблюдение закона было невозможно в силу чрезвычайных событий и обстоятельств, которые данное лицо не могло ни предвидеть, ни предотвратить при соблюдении той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась.

В то же время требования к изысканию мер предотвращения обстоятельств, могущих воспрепятствовать исполнению закона лицом, привлекаемым к административной ответственности, не должны исходить из индивидуальных возможностей данного лица и особенностей ситуации конкретного правонарушения, которую в деталях никогда нельзя заранее предвидеть. Поэтому данные требования должны основываться прежде всего на некоторых средних стандартах, ориентированных на нормальное, обычное течение событий и технологических процессов. Это относится как к требованиям, предъявляемым к техническим параметрам производственного или измерительного оборудования, так и к уровню квалификации, а также индивидуальным личностным и психофизиологическим качествам работников, действующих в интересах юридического лица.

В доктрине административного права отсутствует однозначное решение вопроса о том, следует ли признавать виной юридического лица вину его должностных лиц либо иных представителей, либо она является самостоятельным феноменом, не сводящимся к вине отдельных физических лиц.

Однако, по нашему мнению, общепризнанной и вполне корректной следует считать позицию, согласно которой на юридическое лицо не может быть возложена ответственность за физических лиц, действующих в его интересах (в частности, в случае должного контроля за выполнением их служебных обязанностей).

В арбитражный суда обратилось общество с ограниченной ответственностью с заявлением о признании незаконным постановления налоговой полиции о привлечении его к административной ответственности за неприменение контрольно-кассовой машины.

Как следует из материалов дела, налоговой полицией проведена проверка соблюдения законодательства о применении контрольно-кассовых машин в торговой точке, принадлежащей заявителю. Путём проверочной закупки установлен факт реализации продавцом продовольственных товаров без применения ККМ.

Данный факт расценен проверяющими как нарушение статей 1,2 Закона Российской Федерации «О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчётов с населением», в связи с чем уполномоченное на то должностное лицо вынесло постановление о привлечение предприятия к ответственности по статье 14.5 КоАП в виде штрафа.

Суд, руководствуясь частью 2 статьи 2.1. Кодекса, установил, что общество предприняло все зависящие от него меры по соблюдению Закона Российской Федерации «О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением», в том числе обеспечило торговую точку, обслуживаемую одним продавцом, исправной ККМ. Продавец при приёме на работу подробно проинструктирован о правилах применения контрольно-кассовой машины и предупреждён об ответственности за их соблюдение, о чём имеется его расписка. Вывод суда о недоказанности вины юридического лица в совершении вменяемого ему административного правонарушения сделан на основе всестороннего и полного исследования представленных по делу доказательств. С учётом изложенного кассационная инстанция правовых оснований для пересмотре решения суда о признании недействительным постановления о привлечении общества к административной ответственности не усмотрела.

Применение статьи 2.1 Кодекса пока еще вызывает в практике, особенно у судов, определенные трудности.

Думается, предельная сдержанность при законодательном регулировании института вины в Кодексе объясняется, с одной стороны, недостаточной разработанностью его в доктрине административного права, а с другой - желанием не допускать поспешных решений в далеко еще не ясном вопросе, чтобы не мешать практике, да и теории наработать достаточный опыт в разрешении данной проблемы.